— Что, по-вашему, произошло в Ухане?

— К огромному сожалению, эволюцию никто не отменял. Сошлись в одну точку несколько неблагоприятных для нас, но благоприятных для эволюционного скачка факторов, и на свет появился новый тип живого организма, который вызывает заболевание COVID-19, тот самый вирус, ставший патогенным для человека и вызвавший стресс в мире. Ничего экстраординарного, подобные ситуации проявляются регулярно. Двоюродные братья коронавируса, с которыми мы встречались до этого, появлялись дважды — с приблизительно похожими всплесками заболеваемости — в начале 2000-х годов. Тот же грипп каждый год имеет новую антигенную структуру. Как‑то границы не закрывают и не прячутся от него. Существуют мутации, которые приводят к тому, что какой‑то микроорганизм получает преимущество по сравнению со своими друзьями. Конкурентов у коронавируса не было, и он очень активно начал распространятся.**

— Он появился в животной среде у летучих мышей?**

— Пока общая теория такая. Это был микроорганизм, который паразитирует у летучих мышей. В результате частого контакта с людьми он приобрел свойства инфицировать человеческие клетки.

— Контакт какого рода? Это как еда или что?

— Мы можем придумать сколько угодно теорий использования рукокрылых, но, конечно же, речь идет про использование их в качестве еды. Кто был в Китае, не удивится, я вас уверяю.

— Почему дети до 10 лет не подвержены риску летального исхода?

— Однозначного ответа на этот вопрос нет. Скорее всего, детский организм в полной мере не соответствует требованиям данного вируса. Я наслушался такого количества конспирологических теорий за последние несколько месяцев. Две самые популярные: этот вирус специально выведен, чтобы контролировать популяцию на земле, а поскольку средний возраст увеличился, цивилизованный мир — это мир пожилых людей, и таким образом пытаются проредить пожилых в Штатах, в Европе. Цирк! Вообще никакого отношения к реальности не имеет! Смертность от того же гриппа в возрастных группах распределяется абсолютно точно так же. Вторая теория заговора о том, что в Ухане есть военная биолаборатория — и случилась преднамеренная или непреднамеренная утечка биоматериала. По первому образованию я врач-микробиолог, и сейчас не существует технологий (даже теоретических), которые позволяют создавать новые формы жизни, — это невозможно.

— Если сравнивать количество смертности среди людей среднего и пожилого возраста, то сколько умирают от обычной пневмонии?

— Пневмония бывает от разных причин. Она может быть оттого, что человек лежит в коме много лет, не встает, и у него формируются отеки в легких. Также пневмония может быть спровоцирована тем, что человек захлебнулся в луже. А еще — от переохлаждения. Если мы будем считать общее количество случаев пневмоний, это будет колоссальная цифра, которая сотрет в порошок эти несчастные проценты коронавирусной инфекции.

— Что чаще всего служит причиной пневмонии?

— Классический грипп. Смертность от обычного гриппа, осложненного пневмонией, будет в районе 20%. Это много, поэтому он и считается опасным смертельным заболеванием.

— 20% — это среди среднего и пожилого возраста?

— Пожилого. Со средним возрастом не все так просто. Если нет никаких сопутствующих заболеваний (бронхиальная астма, тяжелые формы сердечной недостаточности, каких‑нибудь страшных аутоиммунных заболеваний), смертность в отношении гриппа будет чуть выше, чем от того же самого коронавируса. В современном мире человек вряд ли умрет, потому что у нас хороший уровень медицины.

— В случае с обычным гриппом?

— Да. То же самое касается коронавируса.

— Какие вспышки вирусов были в 1990-х и 2000-х годах?

— В чем вопрос-то? Их было штук 40.

— Имеется в виду, сопоставимо ли количество летальных исходов тогда и сейчас? Их можно как‑то сравнивать?

— Сравнивать пока еще рано. Эпидемия в самом разгаре. Не хочется запугивать народ, но и не хочется, чтобы у нас были шапкозакидательские настроения (легкомысленные. — Прим. ред.). Это обычный вирус верхних дыхательных путей. В нем нет ничего интересного и страшного. Да, от него есть смертность у пожилых и тяжелобольных. Но для общества о конкретных цифрах и сравнениях говорить рано. Он только сейчас приходит на континенты и страны. В той вспышке, которую мы видели в Китае, нет ничего экстраординарного. Меньше 100 тысяч зараженных в 20-миллионном Ухане.

— Как вы считаете, сколько времени нужно науке, чтобы вообще изучить вирус до конца?

— Сейчас (и это можно с гордостью говорить) скорость исследования и понимание патогенеза коронавирусной инфекции — самое быстрое и оперативное исследование в мире!

То количество информации, которое мы получили за неполные три месяца… Аналогичную информацию по многим инфекциям мы получаем за годы.

Все это сделано с помощью медицинского сообщества и ВОЗ, которая помогает собирать информацию и контролировать медицинские исследования на эту тему.

— От чего зависит скорость создания вакцины против коронавируса?

— Лично я сомневаюсь в перспективах создания вакцины против коронавируса. Исследования ведутся. И Китай, и Штаты очень активно работают над этой темой, но ни одного подтвержденного результата по созданию вакцины против аналогичных вирусов такого же подтипа у нас, к сожалению, нет. Пока это технически невозможно.

— Человечеству просто ждать развития иммунитета к этому вирусу?

— Самолокализации. Данный вирус, скорее всего, станет сезонным после самолокализации вспышки (а она рано или поздно произойдет, это вопрос времени). Он войдет в когорту классических сезонных вирусов, с которыми мы будем встречаться регулярно. Братья этой коронавирусной инфекции занимают в общей сложности около 10% от общего количества инфекций верхних дыхательных путей в сезон популяции. Но мы народ на карантин не сажаем. Да, встречается, да, люди могут от этого умереть. К сожалению, это борьба брони и снарядов. В этой борьбе всегда побеждает снаряд. В данной ситуации снарядом выступает новый вирус, а мы всегда будем отвечать на вызов инфекций к человечеству.

— Когда он перейдет в сезонную форму, соответственно, он будет легче проходить?

— Напоминаю: он и сейчас проходит неплохо. 81% всех инфицирований протекает либо практически без симптомов, либо с легкими проявлениями ОРВИ.

— Был птичий грипп, атипичная пневмония и т. д. Куда они исчезли? Как вообще исчезают вирусы? Получается, некоторые становятся сезонными, а некоторые просто заканчивают свое существование?

— Они не смогли эффективно передаваться от человека к человеку. К счастью, у этих вирусов таких возможностей не оказалось. Несмотря на то что был первичный контакт, кто‑то заболел и умер, смертность была довольно низкая. Чтобы локализовать эти вспышки, не пришлось предпринимать каких‑то грандиозных усилий, как сейчас: закрытие границ, самоизоляция на две недели, остановка производств — ничего подобного не надо было делать. Снова говорю: есть разные микробы с разными системами патогенности и вирулентности (способность инфекций заражать организм. — Прим. ред.). Коронавирус имеет достаточно высокую степень активности в человеческом организме. В самом начале эпидемии мы очень рассчитывали, что будет слабая возможность передачи популяции от человека к человеку. Но вирус доказал, что он очень удачно мутировал и занял свою нишу. Он будет продолжать свое шествие по планете много-много лет. Я вас уверяю, это не первый и не последний!

— По масштабам распространения когда в последний раз наблюдался такой вирус?

— По масштабам — вспышка кори в Европе. Абсолютно масштабное, активное инфекционное заболевание, которое выстрелило.

— Которое передается из региона в регион, из страны в страну?

— В XXI веке это не проблема. Сегодня мы в Москве, завтра сели в самолет и улетели куда угодно. Каждый день через любой аэропорт проходят тысячи людей. Распространенность будет высокая.

ПОДРОБНОСТИ ПО ТЕМЕ
Чего ждать от пандемии и как себя защитить: отвечает врач-педиатр Федор Катасонов
Чего ждать от пандемии и как себя защитить: отвечает врач-педиатр Федор Катасонов

— Как вы считаете, можно ли определить наличие вируса у приезжающих из Европы или из других регионов в Москве? Принимаются какие‑то меры?

— Практически все обращали внимание, что когда человек возвращается из какого‑нибудь путешествия на самолете, он очень часто заболевает насморком, конъюнктивитом или чем‑то еще. Причина не в том, что человек путешествовал, это не месть за то, что он покинул территорию РФ, а в том, что он находился в крупном хабе, где есть много кашляющих и чихающих людей. Один человек с ОРВИ в самолете с высокой долей вероятности передаст его окружающим. Так же и здесь. Хорошим вариантом, но безумно дорогим, было бы взятие соскобов у всех прилетающих. Это было бы хорошо, но было бы безумное количество проб, данных — ни Роспотребнадзор, ни МВД или Росгвардия с этим не справятся, слишком много народа путешествует.

— В Москве или в больших городах можно где‑то по-настоящему провериться на коронавирус?

— На данный момент в мире вопрос идентификации коронавирусной инфекции вообще не проблема. Тест-системы есть, они работают и доступны всем. К сожалению, пока еще нет этих тест-систем в варианте экспресс-теста.

— Это вопрос методологии?

— Технологии. Биотехнологии — это вопрос времени. Проблемы в этом нет. Количество лабораторий в России, обладающих подобными возможностями, крайне велико, начиная от сетевых лабораторий и заканчивая любыми инфекционными больницами и большими научными инфекционными центрами. Они могут взять анализы, зная, как сейчас проводится тестирование. Геном вируса расшифрован. Образцы, данные — все есть в открытом доступе. Их никто не скрывает. Насколько я знаю, с коллегами из Китая и Европы есть налаженный обмен информацией — и технологических препятствий, чтобы реализовать массовый скрининг реально, в России нет. Мы можем и умеем это делать.

— Спасает ли карантин? Нужны какие‑то специальные больницы или можно ограничиться домом?

— Если человеку не требуется медицинская помощь, домашнего карантина вполне достаточно. Недавно была ситуация, когда у человека накопился мусор, и он пошел его выносить (на москвича составили протокол за несоблюдение карантина. — Прим. ред.). Человек, который себя нормально чувствует, не будет в окно его выбрасывать, вообще он возьмет и рано или поздно выйдет за тем же хлебом, за молоком.

Не поддерживать таких людей — плохо. Одними запугиваниями не обойтись, тут нужна большая социальная программа, которой у нас, естественно, нет.

По крайней мере, я ничего не слышал, чтобы таким пациентам чем‑то помогали, за исключением открытия больничных листов по телефону. Человек прилетел, проявил социальную активность, решил никуда не ходить, при этом он может позвонить по телефону в Департамент здравоохранения — и ему выпишут больничный лист, который привезет курьер. Но возникает очень много нюансов. Пациенты звонят и спрашивают: «У меня нет еды, я только прилетел и заказываю доставку, как мне быть? Мне надо расплатиться с доставщиком. Мне оставлять деньги на пороге, замачивать их в хлорке, обрабатывать спиртом?» Много вопросов, на которые пока еще нет ответов. Мы людей ограничили, а организовать это ограничение комфортно мы не можем. Но логика такого ограничения есть. Каждая смерть в этой возрастной группе — плохо. Несмотря на то что цифра вроде как не очень большая, но из 100 человек — 14 умерших. Это могут быть чьи‑то бабушка с дедушкой или папа с мамой. Это личные, персональные трагедии. Ради этого имеет смысл постараться и пострадать.

— Получается, отмены глобальных событий типа форумов, Олимпийских игр, закрытие стран — все это оправданно?

— Это единственное, что мы можем сделать. У нас нет других рычагов воздействия на распространение эпидемии. К огромному сожалению, даже персональные рекомендации по мытью рук не выдерживают никакой значимой критики, массово мы продолжаем их не мыть.

— Посоветуете пока что никуда не ездить в туристические поездки, в командировки?

— Профиль человека, который поедет в командировку: среднего возраста, здоровый, без каких‑то глобальных хронических заболеваний. Для него проблем, скорее всего, не будет, но он может быть переносчиком инфекции и представлять опасность для других.

— Сам выздоровеет, а других заразит.

— Один человек, заболевший коронавирусом, инфицирует в среднем двух-трех окружающих. Это статистика на сегодня.

— Что можете посоветовать тем, кто переживает, и тем, кто не переживает?

— Постарайтесь сберечь своих пожилых родственников и людей, у которых есть тяжелые хронические заболевания. Здесь имеет смысл меньше контактировать и быть достаточно корректными при организации поездок таких людей. Но в целом при соблюдении разумных рекомендаций в этом нет проблем: мытье рук, промывание слизистых, не допускать прямого контакта, антисептическая обработка. Больше ничего делать не нужно.

— Как вы считаете, когда нам ждать спада распространения?

— В старых книжках по эпидемиологии написано, что микроорганизм начинает самолокализовываться, когда около 30% популяции вступит с ним в контакт. А 30% в той же Москве — это, на секундочку, 6 миллионов. Но возвращаясь к вышесказанному: 81% инфицирования — легкая форма, которую чаще всего пациент переносит на ногах. Надо просто чуть-чуть подождать. Скорее всего, в этот сезон мы не справимся, а локализация в России будет только со следующего сезона — сентябрь, октябрь. Я думаю, что и отпускной сезон, к сожалению, придется пропустить.